Никогда не доводите человека до того состояния, когда он может перевернуть свою жизнь и стать намного сильнее.
Глава 2.

Сидя у себя в кабинете Альбус Дамблодор размышлял о событиях последних несколько дней. Ему не давали покоя мысли о раненном юноше. Все попытки директора выяснить, кто он и откуда нечего не давали. Дамблодор задействовал все и аккуратно подергал за все ниточки, которые могли каким либо образом дать хоть какую информацию. Хоть что-то. И ничего. Совсем. Складывалось такое чувство, будто это человека никогда не существовало. Это выводило Альбуса из себя. Быть такого не может.
Как такое может быть? В больничном крыле лежит юный маг, притом очень сильный молодой маг. Если он из Англии, то он должен был быть записан в Хогвартской книге, в ней записываются имена всех, в ком теплятся даже малельшие крохи магии. Не могла не заметить и по какой-то причине пропустить она. За все существование школы она ни разу не давала сбои.
Если же он из какой либо другой страны и учится в другой школе, то тут тоже была странность. Альбус осторожно проверил и выяснил, что не в одной из них за последнее время никто не пропадал. А это значит, что он не учиться ни в одной из них. Но тогда, КТО он?
Что-то неуловимо знакомое было в чертах лица юноши…
Появившиеся загадки вокруг юноши выводили Дамблодора. Сильные маги всегда были потенциально опасны для своих планов. Особенно как когда неизвестно откуда берутся!

В тот время как Альбус Дамблодор ломал голову над неожиданной загадкой, мадам Помфри хлопотала над больным. За те два дня, что он лежал в здесь, юноша не разу не пришел в себя. Не смотря на это, его раны очень быстро заживали. И старания мадам Помфри были совсем не причем. В какой-то момент медик поняла, что возможно в этом и есть причина, по которой пациент не приходит в себя. Все силы организма были задействованы для того, чтобы исцелить своего хозяина. А если учесть какие раны получил раненный - было чудо что в обще жив.
Разбирая лечебные зелья у себя на столе, мадам Помфри услышала стон и поспешила к больному. Подойдя к нему, она увидела, что он снова мечется во сне. На его лбу выступил пот, его и без того бледное личико стало таким же белым как и простони на которых он лежал. Его черные волосы разметались по подушке. Юноша что-то очень тихо бормотал. Так тихо, что наклонившаяся ближе медик все равно ничего не смогла разобрать.
Нахмурившись, женщина пыталась понять что с ним происходит и чем она может помочь. Убедившись, что ни одна из ран не открылась, особенно на груди, она поспешала за укрепляющим и успокоительным зельями. Здесь она больше нечем не могла помочь. Все зависело только от него самого.
Когда через минуту медик вернулась с нужным зельями и увидела, что пациент пришел в себя. Он попытался приподняться, но боль в груди помешала ему это сделать. И он снова упал без сил на кровать.
- Тише-тише, молодой человек. Вам еще нельзя двигаться. Никаких резких движений. – хлопотала рядом с ним мадам Помфри, помогая ему улечься по удобнее, чтобы она смогла напоить его укрепляющим и восстановительным зельем.
Напоив его зельями, медик поспешила сообщить об этом директору. Кинув щепотку порошка в камин, она назвала кабинет директора
- Директор он пришел в себя.
Через пару минут директор прибыл в больничное крыло все через тот же камин. Все это время женщина находилась рядом с темноволосым юношей с беспокойством наблюдавшая за ним.
- Мадам Помфри, он что-нибудь сказал вам? – это первое что спросил директор, когда появился.
- Нет. Я ничего не спрашивала. Успела лишь дать ему зелья.
- Ясно. Вы могли бы меня оставить с ним наедине?
- Это обязательно? – поджав губы, спросила медик.
- Да.
Мадам Помфри ушла к себе. Дамблодор подошел к юноше, который насторожено и с тревогой смотрел на него.
-Как тебя зовут? – спросил директор.
- Я…я не помню – запнувшись ответил больной.
- Что ты помнишь?
Услышав вопрос юноша задумался. Через некоторое время, подняв взор на Дамблодора, он ответил: - Ничего.
- Мальчик мой, ты знаешь, где находишься? Ты хоть помнишь, кто тебя ранил?
-Нет. – ответил слегка дрожащим голосом юноша.
С каждым ответом на поставленный свой вопрос Альбус мрачнел все сильнее.